Интервью Светлана Хисамутдинова

5 месяцев назад15 мин. читать

Сегодня у нас в гостях Светлана Александровна Хисамутдинова — мастер спорта по скоростному бегу на коньках, ультрамарафонец, поэтесса и ученый. Будем говорить о сверхдлинных дистанциях, выносливости, радости самопреодоления, силе духа и гармонии внутри для того, чтобы иметь возможность бежать 19 суток.

 

Николай: Расскажите, пожалуйста, как Вы пришли к бегу? Из конькобежного спорта?

 

Светлана: В бег я пришла не сразу, мы тренировались по 10-15 км. 15 — это максимум, чтобы бежать марафон я даже не помышляла. Мой первый марафон был в 50 лет, очень для меня сложный, пробежала за 5:05.

 

Николай: Как легкоатлет Вы сформировались уже в зрелом возрасте.

 

Светлана: Да. Теперь у меня за плечами 77 марафонов, я очень хотела пробежать 77 марафонов к 77 годам. Получается, у меня в марте был 69-й марафон, а 27 августа я завершила свой 77-й марафон. Когда ты ставишь цель, веришь в ее реальность и стремишься к ней, она сама к тебе приближается.

 

Николай: Вы считали только классическую дистанцию 42 км. или с ультрамарафонами?

 

Светлана: Нет, чисто марафоны. Ультра — это другая история.

 

Николай: А что Вы больше любите?

 

Светлана: Мне больше нравятся длинные дистанции. Я была стайер и в конькобежном спорте выносливость превалировала. Мне легче бежать многосуточные забеги, потому что это дальний путь, есть возможность раскрыть нераскрытые способности. Это удивительно, это интересно.

 

Николай: Интересно Ваше мнение — далеко не всем людям дано бегать длинные дистанции. С чем это связано — с физиологией, психофизиологическим потенциалом, психоэмоциональным состоянием. Не все просто психологически могут пробежать 24 часа. Это тренируется или дано?

 

Светлана: Наверное, часть дано. У меня с детства было желание бежать куда-то. Мне было лет 5, я первая забегала на огород и садилась ждала своих.

 

Николай: Такой шутливый вопрос — печень у Вас обычного размера?

 

Светлана: Ну она меня не беспокоит.

 

Николай: Речь не про беспокойство. Говорят, что у ультрамарафонцев увеличена печень, соответственно, она большего объема и может накопить больше гликогена. Это влияет на наши способности дольше бежать.

 

Светлана: Про печень не знаю, но гипертрофия сердца — это факт. Скорее всего и печень увеличена.

 

Николай: Проводили исследование — многие ультрамарафонцы и стайеры имеют печень чуть больше. Это предрасположенность к длинным дистанциям за счет возможности накопить больше гликогена.

 

Светлана: Я согласна. В связи с тем, что у меня уже 20 сверхдальних пробегов — это 16-суточные, 19-суточные, уникальные, беспрецедентные пробеги. Они проводятся с 1988 года марафонской командой Шри Чинмоя, если Вы знаете.

 

Николай: Я не знаю, что это, уверен, большинство наших подписчиков тоже не знают. Раскройте, пожалуйста.

 

Светлана: Меня в 56 лет пригласил в эту команду сам Шри Чинмой, бежать 10-суточный пробег. Это был 2000-й год. Меня спросили, смогу ли я бежать 10 суток, я сказала да. Тогда я решила. До этого я бежала только суточные пробеги.

 

Николай: Без сна?

 

Светлана: Со сном, 2 раза по 5 минут. Тогда в Подольске я сразу дала себе такую команду, пробежала 152 км. – мой первый суточный пробег, трудно было. Я еще там упала. Второй тоже был в Подольске через год, пробежала 162 км. Потом меня пригласили в Швейцарию, там я пробежала 172 км.

 

Николай: Прогресс на лицо. По-моему, это уже КМС у женщин?

 

Светлана: Нет, 180 км. Ну я не стремилась, у меня уже было звание мастер спорта. Просто мне бежалось, хотелось бежать.

 

Николай: Раз Вы бегаете такие дистанции, раскройте секрет поддержания здоровья опорно-двигательного аппарата. Немного о себе: я в детстве занимался лыжными гонками, потом прекратил, в какой-то период много работал, потом начал бегать, почувствовал, что тоже больше расположен к длинным дистанциям — бегал 100-120 км., в этом году пробежал первый суточник, выполнил КМС по легкой атлетике — 221 км. У меня сильно заболели ноги, возникли боли в связках надколенника. Очевидно я был не готов, потому что это было чуть не запланированно. Я готовился к 6-дневному ультрамарафону, но его отменили из-за пандемии. Я думаю, ну пробегу суточный, чтобы использовать эту подготовку. Решил буквально за 3-4 недели. Чувствую, что такая же эйфория охватывает от длинного бега, 10-20 даже не интересно. Меня тянет бежать, сердечно-сосудистая система справляется, но ноги побаливают.

 

Светлана: У меня это было в начале, я это пережила. У меня колени были артрозные после тех моих занятий коньками, жесткие нагрузки были, неправильно питались. Первые пробеги очень болезненными были, у меня отекали ноги, сейчас не отекают.

 

Николай: Связочные боли были или внутренние — суставные?

 

Светлана: Суставные, колени пищали — скрипели, мышцы отекали. В самолете когда летели, не знала, куда ноги деть, они все были отекшие. Сейчас этого нет.

 

Николай: То есть организм запустил какие-то адаптационные механизмы?

 

Светлана: Да, абсолютно точно. Идет эволюция клетки. Даже могу сказать, что та энергия, которая у меня сейчас, превосходит даже ту, когда я была мастером спорта.

 

Николай: Очень ценно, интересно и авторитетно услышать эти Ваши слова, потому что у Вас болели колени, Вы не остановились, продолжили и сейчас чувствуете улучшение.

 

Светлана: Вспомнила фразу из института «Работа строит орган» – очень четко понимали. У меня была сложная юность, пришлось работать на химическом комбинате. Послевоенное время, росла без родителей, не поступила в институт.

 

Николай Светлана Александровна 1944 года рождения!

 

Светлана: Наверное, эти сложности, которые мне жизнь предоставила, они пошли во благо. Я с детства была подвижная, в 6-м классе стала играть в баскетбол, в 10-м классе встала на беговые коньки, хотя с детства стояла на коньках. Раньше конькобежный спорт был массовый, я родилась в Курске, родители встретились на Курской дуге, когда война шла. Мама рано умерла. Я хочу сказать, что спорт мне очень много дал, но забрал здоровье. Тот жесткий соревновательный. Наверное, не было релаксации.

 

Николай: Давайте в двух словах, в чем отличие для Вас физкультуры и спорта.

 

Светлана: Сейчас мне бег в радость, как Чирков говорил.

 

Николай: На самом деле про Чиркова неоднократно слышал, что у него колени побаливают, он прихрамывает.

 

Светлана: Да, ему суставы заменили тазобедренные.

 

Николай: Я вижу, что ребята воспринимают его пример, как излишний, фанатичный пример. Как Вы считаете?

 

Светлана: Он великолепный человек, интересный. Мы с ним вместе бежали в Москве. Я считаю, что это великая сила устремления, а никак не фанатизм. Это та искорка, которая есть в каждом из нас. Эта победа над собой зовет дальше и дальше. Эта радость тебя оздоравливает, делает счастливым и зовет дальше, т. е. каждый финиш — это начало нового старта. Сейчас я не хвалюсь.

 

Николай: Я хочу пробежать 30-й маршрут, в Дагомысе, он пеший, необычный. Он еще с советского времени, когда еще Высоцкий пел, были популярны пешие походы. Я хочу его пробежать с друзьями.

 

Светлана: Там женщин нет.

 

Николай: Нет, я побаиваюсь брать на себя такую ответственность. Хотя, почему бы и нет, у нас там гид есть. Я хочу усложнить, мы хотели его просто пробежать, он ходовой маршрут на 3 суток, 70 км., но, если бежать, то можно с утра до вечера пробежать с заброской на всякий случай. Но я хочу его усложнить. Дело в том, что с КПП Лагонаки за 1 день пробежали в Дагомыс, там много спусков и подъемов, но в ноябре уже выпал снег, поэтому мы отменили. Я хочу его в следующем году усложнить — пробежать в Дагомыс, потом проехать на машине, переброситься в Красную поляну и оттуда вернуться в Адыгею — там очень красивые места. Теперь я точно знаю, что этого никто не бегал. Понятно, что физически маршрут сложноватый и можно разделиться на 2 группы с двумя гидами, чтобы была более быстрая группа с молодыми ребятами. К нам присоединился Леонид Швецов, знаете его? Экс-рекордсмен в марафонском беге.

 

Светлана: Нет, я сейчас не слежу. Удивляюсь твоей устремленности.

 

Николай: Я сейчас поделюсь с Вами своими мыслями и, возможно, услышу от Вас какие-то слова поддержки, которые мне не дадут погасить эту искру. Многие мне пишут, что суточный бег — это перебор. А я вот не представляю, как бежать 13 суток. Я там выложился, меня всего перекосила к концу. Что у Вас в голове? Почему, несмотря на то, что сложно, Вы продолжаете бегать? Что Вам дает эту энергию, силы, желание?

 

Светлана: Хочется сказать, с чего все началось. В 49 лет я преподавала в институте и узнала об этих первопроходцах, которые делают шаг за горизонт. Конечно, сам Шри Чинмой — это мировая личность.

 

Николай: Расскажите про него хотя бы вкратце.

 

Светлана: Это великая душа, которая пришла в этот мир с особой миссией, чтобы пробудить наше спящее сознание. Я говорю громкие слова, но это факт. Я узнала об этом человеке в 1992 году, у нас в институте проходили такие встречи, они назывались «Радость и счастье». В то время как раз стали говорить о духовности, и приехал человек с 17-летней практикой и проводил практические занятия по концентрации и медитации.

 

Николай: Это что-то религиозное, буддистское?

 

Светлана: Ну почему религиозное, медитация — это очень известная вещь. Это путь к себе, это пища для души, это состояние, которое необходимо каждому человеку, чтобы быть в гармонии с собой и миром. Я знала, что люди, которые регулярно занимаются этой практикой концентрации на своем сердце, обретают состояние покоя — созидательного, динамичного, который высвобождает колоссальный объем энергии. Я в этом убеждаюсь все больше и больше. Страх, сомнения, лень, кому это нужно, у меня много оппонентов среди коллег. Даже профессора, ученые говорят: Вы на 20 лет укорачиваете свою жизнь. Я говорю: почему на 20, а не на 15? Это ограниченный, сомневающийся ум. Никто не знает до конца, на что мы способны, и вот Шри Чинмой до конца жизни, в 76 лет он покинул наш мир, он поднимал колоссальные тяжести. В основе, конечно, лежала практика медитации.

 

Николай: Вы применяете эти практики?

 

Светлана: Да, 30 лет. Благодаря этому я просто себя не узнаю за эти годы. Раньше, когда занималась соревновательным спортом, было состояние беспокойства перед стартом, не могла заснуть перед важными стартами, теряла энергии. Сейчас у меня нет этих реваншистских планов. Те старты, которые предложил мне Шри Чинмой, они диктуют «Преодолей себя». Это состояние, с которым я выхожу на старт, оно удивительное, 16-19 суток бежать, каждый раз у меня концентрация не на трудностях, а их будет очень много — и ноги в кровь, и пот, и слезы, зато будет смеяться и петь душа. Эта гармония духа и тела — удивительная вещь. То, что помогает мне из трудностей встать, чтобы ярким светом засиять. Шри Чинмой — писатель, поэт, художник, композитор, выдающийся спортсмен.

 

Николай: Суть, философия этого спорта, не тот, который был, когда Вы занимались коньками, а то что сейчас есть — философия и идея, что Вы делаете это не ради результата.

 

Светлана: Да, это снимает напряжение. Когда я уже стала заниматься практикой, тренировала ребят, говорила тем, кто действительно хочет достижений: расслабься и станешь чемпионом. Это не значит совсем расслабиться, это значит снять ограничения ума. Я сама себе говорю стихами: Силу духа ощущать важно, не хочу я выяснять, кто меня сильнее, для меня значения это не имеет. Что мне помогает бежать, особенно первые сутки, в Нью-Йорке, я чувствую, что благодарное сердце бежит впереди меня. Я благодарю судьбу, всегда говорю, что наша жизнь — это счастливый случай, нас же могло не быть. Второе, что меня такую великовозрастную увидели во мне какие-то перспективы, пригласили, помогли переправить. Я уже почти 30 лет на пенсии, моя пенсия 15 400 руб. Первое время мне помогала команда Шри Чинмоя, а сейчас у меня столько друзей по миру. Я не задумываюсь, получится или нет, знаете, есть какая-то милость свыше. Я же бегу не просто так, я знаю, что лишь победа над собою путь к истине святой откроет. Я вижу, что эти мои достижения очень нужны молодежи, людям пожилого возраста, меня зовут.

 

Николай: Именно так я отвечаю на вопросы, в первую очередь самому себе — я веду свой блог. Много ребят смотрят, пишут мне регулярно, и вот эти отзывы, слова благодарности. Пусть это не тысячи, но десятки людей, которые, благодаря, как они пишут, тебе, вернулся в спорт, начал по утрам вставать — это самое главное.

 

Светлана: Конечно. У меня тоже много отзывов, я столько городов объехала, встречалась со школьниками, студентами с университета. Я хочу, чтобы каждый человек почувствовал, что у него есть колоссальнейшие способности, потенциал, который не востребован. Мешают лень, сомнения, страх, а нам все дано изначально. Будьте в поиске и найдете то, что искали, просите, нужна мольба. Я вижу, что не все воспринимают этот призыв, но сеять семена я буду. Знаете, сейчас последний раз бежала марафон, и у меня во время бега очень легко рождаются стихи. Моя жизнь — это вечный марафон. Я помню бегу дистанцию, падает скорость, чувствую, что устала, и я вспоминаю Шри Чинмоя, он говорил: Если падает скорость, хочешь скорости, медитируй на оленя. Я вспоминаю про оленя, начинаю говорить себе: Я олень, я олень, мне бежать быстрей не лень, улыбаюсь на ходу и бежать быстрей могу. Я повторяю, как мантру, и ощущаю, что шаг становится широким, плечи поднимаются, и появляется скорость. То есть мысль движет энергией. Положительная психологическая установка — самое главное в достижениях, и тогда организм не изнашивается. Ты отпускаешь боль.

 

Николай: Я всегда жду бег, потому что это возможность побыть наедине с собой, поговорить с самим собой. Нигде так невозможно, это же кровоснабжение улучшается.

 

Светлана: Да, это погружение в себя. Почему именно длительный бег, он дает возможность решить какие-то важные вопросы. Я иногда бегу и думаю, что отличает счастливого человека от несчастного. Счастливый часов не наблюдает, ему все равно, что это — день или ночь, все проблемы на ходу решает, другим помочь. Счастливый утром радостный проснется и двери, окна настежь отворит. Он нежно солнцу улыбнется и осознает жизнь, как миг. И этот миг наполнит той радостью, что Богом нам дана, и сердце благодарное развеет все беды, тучи, облака. Счастливых не всегда все понимают, и часто странными считают их, но это их нисколько не смущает, лишь отличает больше от других. Стихи мне очень помогают.

 

Николай: Мне дали посмотреть книжечку, это, наверное, лишь малая часть.

 

Светлана: Да, они лежат у меня мертвым грузом.

 

Николай: Помнить все свои стихи — это признак хорошей памяти, что свойственно.

 

Светлана: Сейчас поделюсь. Меня воспитывала бабушка и сказа мне такие пророческие слова: у тебя весь ум ушел в ноги. Хоть я институт закончила с красным дипломом, получала Ленинскую стипендию, но ума нет, честно скажу.

 

Николай: Ум разный бывает.

 

Светлана: Главное, чтобы ум был управляем.

 

Николай: К вопросу о сходствах. Я тоже кандидат наук, бегаю длинные дистанции и тоже сочинял стихи. У меня есть сборник, я выступал на конкурсе чтецов. Вообще, так и попал в науку. У моего руководителя несколько книжек, он был в жюри конкурса чтецов, услышал мои стихи, потом уже в институте, он был деканом — Юрий Васильевич Шувалов, мой наставник, руководитель. К сожалению, его уже лет 7 нет, но он оказал на меня очень большое внимание. Мы вместе ездили, выступали. Сейчас в последнее время я очень погрузился в работу, у меня 4 детей, много занятости — это все требует вовлеченности, и просто нет времени на стихосочинение, чтобы этот полет был. Раньше на физике сочинял.

 

Светлана: Этот момент жизни очень важен, мысль должна обрести форму. Раз стихи были, значит, они еще будут.

 

Николай: Слушайте один мой и пойдем дальше. Они у меня немного по-жестче:

 

Красные краски жизни

Дают понять, что почем,

Для чего мы читаем книжки,

Для чего вообще мы живем.

Для чего умирают люди,

Почему не живут они долго,

Почему мы их не забудем,

Плачем по ним горько,

Почему не умрут все разом,

Чтобы не было в жизни горя,

Чтобы был всегда брат рядом,

Чтобы не было на земле крови.

 

Светлана: У меня такого типа есть, но они немножко помягче. Когда я бегу, я ощущаю свою причастность к судьбе мира. Мне говорят: ты закрываешь глаза на мир. Да, нет, не закрываю, я просто хочу каждый день быть счастливой.

 

Николай: Если вернуться к материальным вещам, длинный бег: какой образ жизни позволяет Вам переваривать этот бег? Что позволяет Вам быть таким спортивным долгожителем? Как Вы восстанавливаетесь физически? Какие продукты употребляете? Есть ли какие-то конкретные советы? Потому что у нас много ребят, которые бегают или которые собираются бегать, мы собираем это мнение вокруг бега, здорового образа жизни, спорта. Очень много людей, которые колеблются: кто-то говорит, что не надо бегать — колени убьешь. Что им сказать?

 

Светлана: Нужно обрести состояние покоя, но не сонного, а созидательного, динамичного, покоя, который высвобождает колоссальнейшую энергию. То, чем я занимаюсь, для меня это было открытием, что даже 5-10 минут регулярной практики концентрации на прекрасном — покой, свет, красота, чистота, любовь, искренность, доброта, благодарность. Когда ты наполняешь себя ежедневно этой практикой — это не уход от реальной жизни. Наоборот, ты выходишь наполненным, и у тебя невольно меняется лицо. Помню, когда я только начала заниматься практиками, во-первых, было много слез. Сейчас медитации проходят спокойно, потому что мы в гармонии. Это удивительное состояние. Медитация — это расширение своего сознания и своего сердца, которое готово обнять этот мир. Но это работа, духовность не дается без труда.

 

Николай: Многие даже молиться не могут, потому что мысли убегают.

 

Светлана: Шри Чинмой советует концентрацию именно на сердце, на духовном, развивать способность расширяться. Если представлять, что я не просто дышу, а дышу своим сердцем — вдыхаю в свое сердце покой, свет, обязательно включаю воображение — капельки покоя света, искренности, чистоты, простоты. 10-30 минут – не надо медитировать часами, как раньше.

 

Николай: В какое время практикуете?

 

Светлана: Сейчас могу сказать, что медитация — вся моя жизнь, непосредственно самое лучшее — утреннее, пока мир спит, ты тихонечко, как божественный вор, подходишь к алтарю своей души и наполняешься этим светом.

 

Николай: То есть ты успеваешь, пока все спят.

 

Светлана: Да, все спят, а ты по-тихонечку, не нарушая эту тишину, посидишь 10-15 минут, вдыхая этот рассвет. Почувствуешь — такое счастье жить на этом свете. Я вчера проводила встречу в доме национальностей. Пришли пожилые люди, я им давала такие упражнения: когда есть тяжесть после сна, скажите себе: «Купаюсь в радостном рассвете» – представьте рассвет, – «какое счастье жить на этом свете и с восторгом детским новый день встречать». Или «Купаться в солнце хочу — представьте себе это солнце, потянитесь, умойтесь этим солнышком, к его восходу прилечу, как птица, паря, весь мир любя». Они так или иначе входили в этот образ, я видела — мы же в энергиях работаем, а мысль материальна.

 

Николай: Какие еще у Вас есть ритуалы?

 

Светлана: Днем с 12 до 13 я тоже стараюсь хотя бы погрузиться в концентрацию на свое сердце, отдохнуть внетренне.

 

Николай: Сколько Вы тренируетесь? Как регулярно бегаете такие длинные дистанции?

 

Светлана: Ежедневный регулярный бег важен, пусть он не длительный. У меня иногда 3-5-7 км. Темп небольшой, с возрастом уже скорость падает, главное, что я бегу, обретаю гармонию.

 

Николай: Именно это не понимают люди, которые говорят — зачем бегаешь. Про гармонию Вы четко сказали.

 

Светлана: Я всегда говорю — единство тела и души — создать такой союз спеши. У меня очень много таких медитативных практик. Был случай: пригласили на суточный пробег в Кишинев, а я с больным коленом прилетела из Нью-Йорка, еле хожу, ничего не помогает. Делали снимок, сказали, что надо прокол делать, но прокол — это очень нехорошая штука, лучше никогда не делайте. Я сказала, что не смогу. Мне предложили тогда 12 часов пробежать. Я говорю: Нет, я еле хожу. Приезжаю с лекции, накануне старта встречаю своих друзей, они ко мне кидаются радостные, спрашивают: Побежишь? Я говорю: Побегу. Утром иду, хромаю, думаю, как же бежать. Там бег возле озера — 2 км. в одну сторону, 2 — в другую. Я побежала, боль жуткая, думаю, ладно, сейчас поверну возле счетчика, где контролеры сидят, скажу — перезаявите меня на 12 часов. Пробегаю мимо них, они мне кричат, приветствуют, я забыла перезаявиться. Побежала дальше, бегу, и вдруг мое сердце начинает мне диктовать: Что ты, ты бегаешь сутками, какие 12 часов? Не разменивайся. Я прямо услышала плачь своего сердца. И уже решила, что побегу, и вдруг боль начинает переходить в здоровое колено, мне становится легче. Потом боль начинает переходить на плечо, на спину, и становится легко.

 

Николай: Наверное, актуально упомянуть, что организм во время нагрузки выделяет гормоны, которые нейтрализуют боль.

 

Светлана: Однозначно. После этого старта я уже шла и знала, что мне никакие проколы не понадобятся, стало легче. Через 2 недели я уже в Виннице бежала сутки.

 

Николай: Как Вы так быстро восстанавливаетесь?

 

Светлана: Не знаю. Вообще, у меня способность к расслаблению была еще, когда я коньками занималась. Мне говорили: ты как-будто не толкаешься, а гладишь лед. Конькобежный спорт жесткий, все время статическое напряжение. Умение расслабляться очень важно.

 

Николай: То есть каких-то конкретных процедур у Вас нет?

 

Светлана: Нет, я даже к массажу сейчас не прибегаю, мне даже не хочется. Меня к концу 3-х суток начинает перекашивать.

 

Николай: У меня так к концу суток было.

 

Светлана: Надо укреплять мышцы спины, я купила себе каркасик.

 

Николай: Кроме бега, какие-то еще специальные упражнения делаете, которые помогают Вам такую выносливость поддерживать.

 

Светлана: Выносливость уже выработана. Есть такое понятие «разум клетки», т. е. клетка помнит все и работает. Когда я бегу многосуточные пробеги, у меня в первые сутки скорость больше, легко бежать. Когда бежишь ночью, иногда смотрю на звездное небо, есть ощущение оптического обмана — кажется, что скорость большая. Смотрю на небо, и у меня вырисовывается образ — освобожденная душа, она парит, усталости не зная, все перед ней открыты дали, ей космос дарит чудеса, открыли двери небеса. Это ощущение удивительное, как будто кроссовок нет, ты паришь, и нет никакой усталости. Это здорово.

 

Николай: Наверное, это уникальная особенность Вашего организма.

 

Светлана: Каждый может начать эту практику, по капелькам собираешь этот покой.

 

Николай: В общем, секрет выносливости и позитивности — это чувство благодарности и обретение внутреннего покоя.

 

Светлана: Нельзя сказать, что я ничего не боюсь, но я умею управлять. И воровали у меня, все отпускные забрали и обижали много, но надо отпускать, перешагивать через прошлые обиды. Я себе так сказала: Сумей подняться, встать из невезения успех слагать.

 

Николай: Чемпион не тот, кто не падает, а тот, кто встает после падения. Все эти забеги на стадионах и манежах все-таки отличаются от забегов по пересеченной местности с красивейшими видами, подъемами на высоту, спусками. Это движение меня завораживает, потому что я люблю природу, меня это захватывает. По стадиону побегал — не совсем то.

 

Светлана: Мне просто как-то не очень приходилось, но мы бегали по 2-3 часа у нас в сосновом бору. Мне привычнее, как в конькобежном спорте бегать по кругу.

 

Николай: Какой образ жизни с точки зрения питания? Какая у Вас есть диета, или, возможно, какой-то регламент приготовления пищи?

 

Светлана: Низкокалорийная живая пища, которая не забирает энергию, а дает.

 

Николай: Вы — вегетарианец?

 

Светлана: Да, уже больше 35 лет. На этом минимальном питании я чувствую, что организм не захламляется. Во-первых, я отказалась от жаренного, ничего не жарю. У меня очень простая пища — салаты, каши на воде, иногда на молоке. Есть мнение, что молоко в взрослом организме не расщепляется и остается в виде слизи. В основном, ем на воде. Сейчас растительные масла появились хорошие — кунжутное, например. Немного орехов, финики вместо сахара.

 

Николай: Если посчитать, Вы в дефиците калоража или в профиците? Или не считаете?

 

Светлана: Ничего не считаю, нет определенного рациона питания. Свекла, морковь, сырые кабачки очень люблю. Вместо соли долго употребляла морскую капусту, сейчас солю. В последнее время стала пить зеленые коктейли — смузи.

 

Николай: А где белки-то?

 

Светлана: Ну немножко орехов, чечевица. Не знаю, я считаю, что вся таблица Менделеева во мне есть. Когда ты не смешиваешь продукты, ешь простую пищу, не захламляешься.

 

Николай: А яйца едите?

 

Светлана: Иногда.

 

Николай: Просто многие доктора и тренера бьют тревогу, что мы мало употребляем белков, что организм в постоянном дефиците белка.

 

Светлана: Я никому не навязываю, все индивидуально. Люблю овощные супы, меня даже как-то на «Малахов+» пригласили, я там пропагандировала свой борщ. Там на крупной терке натираются свекла, морковь, капуста, все эти овощи в кипящую воду, добавляю немного лимончика, пряности, зелень, и все. Когда закипает, минут 5 кипит и все, дальше только укутывается, не варится. Живая пища.

 

Николай: Хлеб употребляете?

 

Светлана: Стараюсь не есть. Хлеб мне заменяют каши.

 

Николай: С лишним весом вообще нет вопросов или все-таки следите?

 

Светлана: Нет, у меня стабильно. Причем, всегда взвешиваюсь на забегах — 55 кг. стартую, 55 — финиширую. Ем немного, сплю мало, а вес остается.

 

Николай: А в обычное время тоже мало спите?

 

Светлана: Ну 4,5-5 часов мне хватает вполне.

 

Николай: Мне не хватает, почему кому-то хватает?

 

Светлана: Меня как-то жизнь приучила, приходилось еще с юношеских лет ехать на комбинат работать, вставала в 5 утра. Жизнь задала свои ориентиры, я умею принимать. Всем советую — не пытайся изменить окружающий мир, надо принять этот мир, принять ситуации и изменять себя.

 

Николай: Хороший совет — и для меня, и для всех.

 

Светлана: Перспективы большие у тебя, я это чувствую. Если будут варианты совместных путешествий, я двумя руками. Я ощущаю, что, несмотря на возраст и болячки, мне это нужно, меня это делает счастливой.

 

Николай: На самом деле, что меня останавливает — это жена и мои обязательства. Если бы не это, я бы, наверное, в 3 раза больше куда-то ездил и вписывался.

 

Светлана: У меня такие же вопросы были, есть на Ютубе «Светлана Хисамутдинова — 5 вопросов». Один говорит: У меня женя, я так захотел бегать, я прибегаю, жена недовольна, т. е. меня это ограничивает. Если гармония есть в семье, если жена в такт, то это класс.

 

Николай: У всех все индивидуально, и гармонии не может быть везде и во всем. Отношения, семья — это большой труд. Что Вам помогает не обращать внимание на критикантов, людей, которые говорят, что Вы, бегая, изнашиваете организм. Да какой Вы пример показываете — лучше бы работали, а Вы тут бегаете, бездельничаете. Уверен, Вы с таким сталкивались.

 

Светлана: У меня есть на эту тему стихи — обо мне отзываются плохо, и чем дальше от Вас ухожу, тем сильнее удар получаю, говорят, возгордилась, стала нос высоко задирать, что бездельницей, лодырем стала.

 

Николай: Я еще добавлю — иногда и близкие так говорят.

 

Светлана: Да. Не поймут они лишь одно, что по милости Господней Воли мне такой быть суждено. Я всем говорю так: Обвиняйте, друзья дорогие, бросайте мне камни в след, благодарна я Вам за это — вот Вам искренний мой ответ.

 

Каждый день надо работать над собой, управлять своими мыслями, чувствами, действиями, и, таким образом, ты становишься героем. Это удивительно интересно и это нужно. И это нужно не только мне, но и тем, кто со мною рядом.

 

Николай: Я назову наш выпуск «Несгибаемый оптимизм Светланы Хисамутдиновой».

 

В двух словах про эти длинные забеги 13-16 суток — как не спать? Кофеин пьете? Что позволяет Вам не спать? Для меня это немыслимо.

 

Светлана: Не пью. Наверное, это зов сердца. Трудно вставать, когда на час ляжешь. Сейчас легче стало, а первое время — встаешь еле-еле, идешь на эту трассу, а потом разбегаешься. Наверное, заставляет цель, которую вижу — не ради почести и славы. Я знаю, что эта победа над собой мне нужна, чтобы я могла дальше идти к людям, говорить про бег.

 

Николай: Если хотя бы кто-то, увидев пример Светланы Александровны, встанет и побежит, то это уже не зря. Спасибо огромное!